ИСПОВЕДЬ ПОДСУДИМОЙ - Official Kabbalah Publication of the Bnei Baruch Kabbalah Education & Research Institute

ИСПОВЕДЬ ПОДСУДИМОЙ

Мужчинам просьба не беспокоится

Как всякий азартный игрок, я знала, что на самом деле я не такая. После каждого расставания очередной парень попадал в графу «некоммуникабелен». Затем я собирала семейное заседание и произносила обвинительную речь, навешивая на своего «бывшего» все возможные статьи.

Во-первых, вор – он украл мое сердце.

Во-вторых, шантажист – он корыстно манипулировал моими чувствами.

В-третьих, мародер – он злоупотребил моим доверием, сказав, что хочет чего-то серьезного.

В-четвертых, обманщик – он нахально заявлял, что вот-вот влюбится в меня окончательно, а пока что еще не созрел морально.

В-пятых – и это самое возмутительное – когда я зачитала ему обвинение и предоставила последнее слово, он дерзнул воспользоваться правом на молчание!

После каждой скандальной сцены я решительно отметала тот факт, что сама играю в азартную игру, в роман с продолжениями, тома которого ложатся на стол жюри присяжных. Я пристрастилась к этому тяжелому наркотику, который оптимисты назвали бы «дурманом первой страсти», а пессимисты – «недостатком любви».

Одно точно: охмурял он отменно. И все-таки, раз уж ты имеешь дело с лукавыми трущобами подсознания, не надейся остаться чистенькой. В лучшем случае твое личное досье будет запятнано неблаговидными связями; более суровый расклад грозит исправительными работами в доме родителей; а если уж совсем не повезет, сядешь в тюрьму под названием «Не нужны мне никакие парни» – на несколько месяцев, а то и больше. И когда выйдет срок, вернешься к своим непристойным привычкам.

Вообще-то наивностью я не страдала, зато выгодно отличалась от какого-нибудь эмоционально ущербного «налетчика», живущего по принципу «ты мне – я тебе». Я была не матерой рецидивисткой, а «белым воротничком», специалисткой высшего класса, умеющей держать на расстоянии, пока в этом есть смысл, и избавляться от «синдрома интимности» по первому звонку предчувствий.

Но вместе с тем я могла легким движением снять воровскую маску и показать возлюбленному свой нежный лик, лучащийся домашним уютом и теплом, – прямо на вечеринке, среди дрыгающихся тел и громогласных раскатов... Просто мой «последний» оказался таким мерзавцем, что открыть ему все карты, не завершив партию, было бы преступлением.

Когда ставки сделаны, обратно уже ничего не отмотать. Иногда ты проигрываешь, а иногда срываешь банк. Но всегда находится барыга, наживающийся за твой счет и толкающий тебя назад, на лихую стежку-дорожку. Такова наша криминальная доля: невозможно остановиться, пока не наденут наручники.

И вот уже подкатывает с завыванием свадебный патруль, чтобы выписать ордер на принудительную реабилитацию. Если не выполнишь его, приговором станет пожизненное заключение в холодных брачных застенках. Остается только одно – сдаться в руки правосудия и «настучать» обо всех по списку. Кто знает, а вдруг присяжные решат, что ты невиновна? Судья поднимется и важно произнесет:

– Она всегда искала идеал, и только превратности судьбы мешали ей довести парня до...

Ну, вы поняли.

А тем временем ты пускаешь слезу, клянчишь сигарету у безжалостного следователя и трагично вздыхаешь напоказ. Ты проявляешь чудеса изобретательности, но он все так же невозмутим и не сводит с тебя ироничного взгляда. Видимо, ждет, пока исчерпаешь запас.

Но нет, ты не сдаешься. Проходят часы, сутки... Тебя держат в камере, где почти нечем дышать, а с воли поступают весточки: еще одна подружка вышла замуж.

Через несколько месяцев тюремщики теряют терпение, и их жестокость становится невыносимой. Сломленная, ты падаешь на колени.

– Да, да! Я пристрастилась!

Пристрастилась к играм, к притворству, к жизни, в которой нет места для любви.

Ты клятвенно обещаешь очиститься от скверны и больше никогда не пытаться быть кем-то другим. Ты даешь слово, что настежь распахнешь прóклятые тайники сердца – те самые, которые обещала себе не отпирать ни за что на свете.

И тогда – верьте, не верьте – ты исцеляешься. На последнем издыхании ты находишь настоящего игрока, «мужика» в лестном смысле этого слова. Он готов поставить на тебя всё, он обещает как на духу, что вытащит тебя из карцера собственной фальши. Проходит время, и на твоем пальце появляется кольцо. Не позолоченное – золотое. Высшей пробы.

Ты даешь обет быть любящей женой, матерью, спутником жизни. Все ждут, что теперь ты повзрослеешь и станешь еще одним безликим персонажем. Годы пройдут незаметно, и вот уже ты – бабушка, ухаживающая за внуками...

Только тебе сейчас не до того, ведь перед тобою снова забрезжила игра. Это не прежние скачки с подставными фаворитами – теперь ты будешь грациозно жонглировать бесчисленными ролями: женщина, любимая, мать, подруга, супруга... В этот раз у тебя вполне легитимные планы на жизнь, причем подкрепленные опытом пятитысячелетней науки о том, как играть правильно.

Ее простые истины поджидали меня на выходе из заточения. Без долгих разговоров они вручили мне букет цветов и поздравительную открытку, которая оказалась столь долгожданным открытием.

Как сказал великий драматург, все мы актеры, а мир – наша сцена. Каббала заранее согласилась с ним еще на заре человеческой истории.

Но пьеса жизни написана не только для выскочек. Напротив, кто не играет, для того мир сразу становится пресным. Корни этой игры лежат глубоко в почве нашего сознания, в самой сути человеческого естества. Без игры не выжить в темнице повседневной рутины и социальных стереотипов, выдающихся за «общественное мнение». Игра – как трамплин, подкидывающий нас все выше по ступеням виртуальных развлечений, пока мы не доберемся до чего-то настоящего.

Заигрывания уже давно вошли в привычку. Снова и снова нам приходится «ухаживать» за очередным наслаждением, а не то оно ускользнет из рук или потеряет свой шарм. Добыча, доставшаяся без погони, – безвкусица во всех смыслах.

Эта игра намного серьезнее, чем нам кажется. На самом деле весь мир проникнут единой силой, силой любви, и она тоже играет с нами, как с малыми детьми.

– Откуда же тогда все это? – спросите вы, сделав широкий жест. – Где прохлаждается любовь, пока мы тут устраиваем уличные потасовки, от которых шарахаются даже матерые коты из подворотен?

Просто нам застилает глаза фикция под названием «этот мир». Его дымовая завеса совершенно сбила нас с толку и навязала свои, искусственные представления.

Любовь раскроется, когда мы будем играть по правилам. Нельзя взять и полюбить – нужно сначала искренне захотеть этого. Желание любви растворит перед нами двери в сокровищницу мироздания.

Вот и в отношениях с партнером должно быть заложено живое зерно, улыбка актера, который без оглядки вжился в свою роль. А иначе наши ухаживания «увенчаются» штрафом за смертную тоску, в которой увял росток страсти. И неважно, что послужило тому виной: злой умысел или простодушие – наказанием станет сожительство поневоле.

Постоянный огонь чувств поддерживается целым набором горючих материалов и искрометных спецэффектов – а проще говоря, флиртом. Но многие почему-то считают, что на черном рынке одиночек все играют в прятки. Стоит лишь найти партнера, скрывавшегося за ширмой претенциозности, – и можно кричать:

– Стоп! Игра окончена!

Как бы не так. Вполне вероятно, предупреждает каббала, что осколки после этого придется собирать в одиночку. Ведь партнеру все равно нужны стимуляторы, иначе он не стал бы преступать законы тривиальности и нарушать Великий Обывательский Кодекс.

Я не покушаюсь на ваш алтарь с золотым тиснением: «Да раскроет игрок все свои карты». Спору нет, будьте честными, но не цепляйтесь за знакомые комбинации. А то не успеешь оглянуться, как остолбенеешь (на языке предков это звучит так: «Жена Лота оглянулась назад и превратилась в соляной столб»).

Очень полезно каждое мгновение открывать что-то новое в себе и в партнере. Этот «творческий поиск» возложен на усталые плечи любящих, чтобы они не забывали освящать свою любовь.

А она уже покроет все прегрешения.

Шелли Перец